Русский пациент

Русский пациент

  • Автор: Татьяна Ярославская

Даже пресытившихся звездными романами читателей американских таблоидов эта новость вывела из скучающей полудремы. Красивейшая актриса Голливуда 70-х и – о, смотрите-ка! – рядом тот самый «Ромео холодной войны», беглец из коммунистического рая, прекрасный русский принц балетной сцены... Пара действительно загляденье: оба знамениты, хороши собой, окружены чувственной аурой. Умеет Жаклин Биссет выбирать себе партнеров! Этот, как там его... Александр Годунов... он же словно молодой античный бог!

Фактурность его литого тела, даже облаченного в костюмы, джинсы и тишотки, совершенна. Голубые глаза, белокурые почти до плеч волосы... Ну, прямо-таки наместник богов на земле! И смотрит этот природный блондин с высоты своего190-сантиметрового роста со снисходительностью властелина. Эй, парень, ты здесь пока чужой! Не забыл? К тому же держится русский слишком, пожалуй, даже неподобающе независимо, будто в символическом жесте показывает всем средний палец. Да ладно, американцам все это как раз импонирует! Вот только от его взгляда из-под тяжелых надбровий – непримиримого, напряженного и какого-то безрадостного – тревожно, и кажется: там, в глубине, настоящий Армагеддон. Персональный, годуновский Армагеддон. Было от чего потерять голову малышке Жаклин, хоть она и твердит кокетливо: «Больше всего я ценю в партнерах ум, шарм, сексапильность».

Русский пациент

Пора прощаться с прошлым

Глаза Жаклин Биссет как хамелеоны: то мерцают драгоценными изумрудами, то прозрачны, будто спелый крыжовник за изгородью домиков рижских окраин из его детства, а иногда вспыхивают хищной зеленью (ну просто кошачья фурия!). Кинозвезда обратила на него внимание среди десятков знаменитостей класса люкс, украсивших светский раут – весьма лестно! Хотя, скорей всего, они расстались бы в традиционном американском стиле «Как-нибудь увидимся, в крайнем случае, созвонимся»...

Искушенную Жаклин впечатлил даже не великолепный «экстерьер» Годунова (тот явно знал это и, надо же! – ни намека на самолюбование) и отнюдь не его строгая дистанция в отношениях с женщинами (пресса постоянно трубила, что в СССР осталась жена танцовщика и вроде бы он ее сильно любит). За блестящим имиджем великого таланта и внешним воплощением мужества она разглядела внутреннюю беззащитность, надломленность, неприкаянность совсем не мужественного героя. Годунов отличался от самонадеянных голливудских самцов, но не это сразило пережившую не один роман со знаменитостями актрису, а та самая загадочная, окруженная на Западе литературными мифами и волнующе притягательная русская душа.

«В том, что я почувствовала, не было никакой логики» – тридцатисемилетняя Жаклин Биссет на вершине своей голливудской славы и на пике женской красоты влюбилась...

В тот вечер знакомства с Жаклин Александр Годунов словно очнулся: все, красный стоп-сигнал светофора погас, а эти чудные зеленые глаза, похоже, напоминают – путь открыт. Куда? В другую, уже выбранную им и ставшую реальностью жизнь? Он ведь невозвращенец. Забавное русское словечко, придуманное советскими идеологами! Ни в одном словаре нет. Ярлык тем, кто, как Годунов, выехал за кордон и не вернулся, клеймо для самих беглецов – возврата нет! Ему сейчас всего тридцать два... Он хотел одного: танцевать, являть свой талант и возможности своего виртуозного владения телом без чиновничьих препон и внутритеатральных интриг, быть звездой, не назначенной сверху партийными бонзами, а нареченной благодарной публикой и восхищенными ценителями. И этот закордонный мир с его пестуемой свободой личности и молитвенно обожаемым Биллем о правах обещал: так и будет. Не предупредил лишь об одном: ты – талант, но никто за тебя ничего не сделает! давай сам! са-ам... Осознание этого и прозрение придут потом, позже. Встреча же с красавицей Жаклин станет его Рубиконом: Александр пересечет только ему видимую реку забвения, и все его прошлое останется в Риге и в Москве. Он здесь, рядом красивая и влюбленная в него Жаклин. Возврата нет.

Три дня до пропасти и взлета

Его «точка невозврата» (так называется это в теории катастроф) – три августовских дня 1979 года и рейс Нью-Йорк-Москва – станет главной мировой новостью. Сенсация! Еще одна звезда советского балета после Нуреева и Барышникова остается на Западе! Александр Годунов, которому только что неистово аплодировали в Метрополитен-опера, где проходили гастроли Большого театра, и которым давно восхищается европейская критика. Вы видели, как танцовщик парит над сценой, словно сказочный эльф? Как он легко взлетает, будто владеет искусством левитации, и как веером рассыпаются светлые волосы во время восхитительного годуновского пируэта? Лучшие партии он станцевал с несравненной Плисецкой, его хореографическое мастерство идеально, но ведь тридцать Годунову исполнится лишь в ноябре, и он еще способен открываться и открываться новыми гранями.

Дебют на сцене Большого театра тоже сулил юному Саше замечательные перспективы. Молодым дарованием «заболела» вся Москва: в храм Терпсихоры публика теперь ходила именно «на Александра Годунова». В труппе шутили со слов то ли Елены Образцовой, то ли Тамары Синявской: «Обычно Большой начинает сезон с Сусанина, а сейчас – с Годунова». А он не понимал, что и в искусстве Система требует послушания. Разве можно с такими патлами танцевать, что это за хиппи? А-а, ты отказываешься стричься? Бунтаря – во второй состав! То есть на скамью запасных с редким выходом на сцену. Иезуиты из худсовета знали, как причинить артисту боль. Большой театр – большие дрязги. О появлении яркого таланта и неординарной личности можно судить по мгновенно сплотившимся завистникам и серости. Вдохновленный первыми ролями и признанием публики, Александр не сразу это понял.

Русский пациент

Но тогда три дня в августовском аэропорту Кеннеди он боролся не за себя и свою будущую карьеру, а за женщину, которую любил. Там, в салоне самолета, уже готового к отправке в Москву, сидела его жена, солистка Большого Людмила Власова. Ее, уже ведущую балерину, Саша, едва засияв на сцене театра, увел от состоятельного мужа, хотя та была старше Годунова на семь лет, и вычеркнуть из жизни после восьми лет брака эту завоеванную им женщину он не мог. Собственно, сам побег он совершал и ради нее тоже, что бы потом не говорила та в своих интервью. Во всяком случае, окружение этой пары и сейчас уверяет: Власова все знала, была не против, но испугалась гэбистов. Не нам ее судить, не нам прощать...

Три дня авиалайнер удерживали на запасной полосе, три дня Александр умолял жену выйти, три дня передавал через переговорщиков, как он любит ее... Людмила улетела. Сожгла мосты. Он остался. Чтобы потом все годы эмиграции искать ответ на вопрос: кто же кого предал... Он – потому что не вернулся вместе с ней? Или она – потому что бросила его?

Счастье, когда тебя понимают...

Два года прошло с того инцидента в нью-йоркском аэропорту... Возврата и в самом деле нет. Людмила удачно (и как-то уж скоропалительно) вышла замуж за солиста оперы Большого театра и, похоже, вполне счастлива. Имя Годунова, как и ожидалось, сверкает подобно редкому бриллианту. Теперь танцовщик легкостью мог говорить: «У меня не было страха сделать это. Потому что умом прекрасно понимал, что если вернусь в СССР, то... до пенсии я бы дотянул, но психологически это был бы аут жизни. А кончать с собой я не собирался». Саша получил ангажемент на сцене Американского театра балета, где уже воцарился Барышников. Тот Мишка, с которым вместе в каждодневной муштре осваивал азы профессии в Рижском хореографическом училище и с которым постоянно состязался: кто лучший? кому лучше, безупречнее удалось выполнить этюд? Там, у огромных зеркал и балетных станков рождались не просто две звезды, а, как показала жизнь, два соперника, один из которых окажется намного ревнивее к славе другого, нетерпимее, непримиримее.

Балет, успех, Жаклин. Его жизнью отныне правит этот триумвират. Годунов выходит на сцену лучшего репертуарного театра США как principal dancer (по-русски так просто первая звезда среди звезд), и как в Москве, публика идет «на Годунова», чтобы восторгаться и восторгаться его феноменальными прыжками, вращениями, филигранным рисунком форм. Талант артиста отмечен и миллионными гонорарами: у него теперь собственные роскошные апартаменты в Лос-Анджелесе с видом на океан (господи, и это после крохотной московской «однушки»!) и кабриолет (такие в Союзе видят разве что в зарубежных фильмах). И главное, есть Жаклин. Рядом с этой женщиной здесь, в ее белокаменной вилле с бассейном и прохладным патио, ему хорошо и тепло. Как бывает только дома и только с близким человеком.

Русский пациент

Они не переводят собственные имена в по-американски упрощенные сокращения Джеки и Алекс – только Жаклин и Саша (да, так по-русски она всегда называет его). Дурачатся, колдуют над каким-нибудь экзотическим ужином (Годунов и на кухне бог!), рассказывают друг другу о своем таком несхожем детстве. Представляешь, говорит Жаклин, родители никогда не наказывали и не ругали ее и брата, считая внутреннюю свободу детей главной ценностью. Соседи по тихому пригороду Лондона называли их семью богемной, что в переводе с вежливого означало «не вполне нормальная». Вот поэтому она, дочь врача-шотландца и адвоката-француженки, такая своевольная. Совсем как он, правда? Жаклин и мужчин всегда предпочитала тридцатилетних или «немного за...», когда ей было и 20, и 37 – как сейчас... В них удивительное сочетание молодости, живости ума и наступающей зрелости. Как в тебе, Саша, но ты интереснее, многограннее...

Рассказывать этой женщине о детстве, которого фактически не было, Александру почему-то совсем не больно. Жаклин, она из другого измерения, но все понимает и чувствует. Ему было три года, когда отец-военный оставил семью, и мама с двумя сыновьями отправилось с одного края света на другой: с острова Сахалин в Латвию. Ты не представляешь, Жаклин, что это за расстояние! Потом, чтобы снять хотя бы часть непомерных финансовых забот, мать отдала его, девятилетнего, на попечение государства в интернат при Рижском хореографическом училище, которое и стало его семьей, домом, его альма-матер. Эти стены он покинул уникальным танцовщиком (спасибо педагогам и собственному старанию!), но с синдромом ранимого, недолюбленого ребенка. Вот почему он так отчаянно бывает привязан к женщинам. И к тебе, Жаклин... Эту привязанность и нежность Саша мог облачать в невероятно красивые сюжеты: примчаться к ней на съемки в Мексику, чтобы в день рождения любимой вместе с ее поцелуями съесть огромный шоколадный торт или на 40-летие Жаклин усыпать номер отеля лепестками роз и заказать трио скрипачей...

Парадокс гамбургера с икрой

Из престижного Театра балета Годунов ушел. Тихо, без оправдательных или обличительных комментариев (как написала потом в своей книге Майя Плисецкая, он всегда был человеком верным, порядочным и совершенно беззащитным). В 82-м году Михаил Барышников, уже руководитель труппы, не продлил с Годуновым контракт. Боливар не выдержит двоих? У американцев должен быть только один русский принц? Неужели банальная зависть? Никто до сих пор не знает, что же произошло между бывшими однокашниками (якобы Саша из преданности классике – вот упертый! – не пожелал переходить в модерн, новый стиль балета). Барышников и сейчас, когда Годунова нет на этом свете почти двадцать лет, из известной дилеммы «о мертвых либо хорошо, либо ничего», выбрал молчание. Даже молодые пираньи пера усвоили: если надеешься получить у гения Барышникова классное интервью, если не хочешь, чтобы тот внезапно покинул пресс-конференцию, НИ-КОГ-ДА не спрашивай его о Годунове!

Русский пациент

Саша покинул сцену лучшего театра, но зато теперь его сценой стала вся планета. Мир экзальтированно аплодировал созданной им ангажементной труппе и ему, непревзойденному Александру Годунову. Гастроли производили фурор. Балет, успех– все по-прежнему. И любовь Жаклин. Их фото пестрят обложках журналов, пара постоянно мелькает на телеэкранах. Правда, Жаклин Биссет более популярна: кино, в отличие от балета, действительно искусство массовое. Так может, он готов спуститься с покоренных хореографических вершин на съемочные площадки Голливуда? Неужели готов? В 1985 г. Годунов закрывает балетную труппу и снимается сразу в двух фильмах. Фотогеничен, харизматичен, порой брутален, но это роли второго плана (акцент, черт бы его побрал!). Спасибо поддержке Жаклин (как вы, русские, говорите? И Москва не сразу строилась?)... И вот Сашу приглашают в культовую ленту «Крепкий орешек» в тандем «плохой – хороший» с самим Брюсом Уиллисом. Шаблонные роли русских шпионов, амбициозных террористов, минимум слов и свирепая рожа – его пожизненное амплуа? Того, кто был так артистичен и по-настоящему драматичен в партиях сказочного Принца и мужественного Спартака? Величие своего танца он принес в жертву во имя вот такого голливудского небытия? Он размышлял об этом в состоянии депрессии и пил. Много. Утоляя свои печали, как это делают только русские (американцы пьют в злости от рухнувших надежд). И все чаще раздражался по любому поводу. Когда в 87-м получил гражданство США, пресса жаждала от Годунова словесных свидетельств его благодарности. А парень, даже не улыбнувшись (эй, а где cheesе в тридцать два зуба?), на вопрос, как он отметил это событие, лишь мрачно буркнул: «Гамбургером с икрой». Американцы юмора не поняли. Парадоксальность и эмигрантскую горечь такой шутки могут оценить лишь русские...

Расстаемся, но не прощаемся

Русский пациент

Сразу после церемонии по случаю получения гражданства Александр сделал Жаклин предложение. Семья и дети, наверное, спасли бы его от ощущения рвущей душу потери. Ведь он был создан для балета, жил ради балета, и ничего, кроме балета не могло сделать его по-настоящему счастливым. Но Жаклин, которая старше его на пять лет, отказалась (в свои-то сорок три!). Не потому, что разлюбила, кредо у нее такое: «Прежде всего я хотела быть свободной. А понятие «брак» плохо сочетается со свободой». И тема материнства для нее закрыта. У Биссет есть крестная дочь, девочка сейчас 12, та уже снялась в одном фильме, и Анджелину Джоли ждет несомненный успех в Голливуде. Да, та самая Анджелина Джоли, и ее звездный путь сложился не без помощи Жаклин Биссет...

Отказ – еще не повод для расставания. Позже Жаклин скажет: «Когда Саша был в форме, он возвращал мне ощущение легкости и молодости, рядом с ним я чувствовала себя юной и до неприличия счастливой. К сожалению, к концу 80-х такие дни стали редкостью». Законченной эгоисткой актрису не назовешь. Обладающая умом и тактом («Мне пришлось понять: даже самые близкие люди несовершенны... но это не повод переставать их любить»), она не могла оставить любимого мужчину в столь состоянии. «Если собака писает на ковер, вы же не отдаете ее, правда? Вы говорите себе: это собака, и я должна научить ее вести себя хорошо. То же самое и с мужчинами» – ответила Биссет журналисту, опровергая слух о ее разрыве с Годуновым. Но через год Жаклин все же оставила его ради короткого романа с актером, который на сей раз был уже много моложе тридцати... С Сашей после семи лет близости она сохранила даже не дружбу (дружба между мужчиной и женщиной – нонсенс, союз бесполых существ), а ту связь, какая бывает лишь у очень близких родственников.

Его жизнь без Жаклин, без балета (Годунов изредка давал мастер-классы, а сам каждый день фанатично, вставал к балетному станку, был также фактурно великолепен и мечтал в пятьдесят лет станцевать Конрада в «Корсаре») оборвется весной 1995-го. Странно и загадочно. Через месяц после того, как он навестит в Риге мать и брата с племянниками. Его душеприказчица, тайно проведя кремацию, развеет прах над океаном, а друзья Годунова установят в Лос-Анджелесе кенотаф – мемориальную плиту на могиле, в которой фактически нет останков – с надписью «His future remained in the past» («Его будущее осталось в прошлом»). Будущее великой звезды балета в его сорок пять навсегда станет прошлым. Семидесятилетняя Жаклин Бисссет, которую поклонники артиста винят в том, что она разрушила его судьбу, втянув в мир кино, живет в Лос-Анджелесе и уже не так сильно страдает от мук совести: «Я знаю, что сделала для Саши все, что могла. Не моя вина, что этого оказалось недостаточно».

Русская душа, Жаклин, это не миф! Она умирает от тоски и одиночества. Вы знаете об этом? Арлин Медани, секретарь, помощница и душеприказчица Александра Годунова, при этом всегда равнодушно пожимает плечами: «С русскими такое бывает...».

Обнаружив ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter

Теги
Другие материалы в этой категории: « Планета Сент-Экзюпери

Контакты