Эйфель, башня и не только

Эйфель, башня и не только

  • Автор: Люба Меллер

15 декабря 1862 года родился Александр Густав Эйфель, имя которого знает каждый. Человек, построивший множество мостов, виадуков и других стальных конструкций, причем в деле их проектирования совершивший чуть ли не революцию. А весь мир знает его благодаря башне, которую он сам как-то раз ехидно обозвал «флагштоком». Такая вот ирония судьбы.

Потеря Политехнической школы

Будущий инженер, архитектор и специалист по разработке металлических конструкций родом из бургундского города Дижона. Предками его отца, Александра Эйфеля, были пиренейские ремесленники, обосновавшиеся в Париже в начале XVIII века. Один из источников гласит, что эти «новые парижане» были немцами и взяли себе фамилию Эйфель по названию родного местечка — потому что французам было сложно произносить родовую фамилию Bonickhausen. Оно, пожалуй, и к лучшему — «Эйфелева башня» звучит куда лучше, чем «башня Боницхаузена».

Эйфель, башня и не только

В юности Александр Эйфель добровольцем отправился в армию, и в 1823 году в чине унтер-офицера был назначен в гарнизон Дижона. Годом позже Александр женился на девице Катрин-Мелани Монэз, дочери местного торговца древесиной. В 1832 году в семье родился Александр Густав. К 1852 году Александр-младший закончил колледж и лицей и отправился в Париж, поступать в знаменитую Политехническую школу. И… срезался на устном экзамене. В середине прошлого уже века, сто с лишним лет спустя после этого «исторического провала», одна из газет в очередной раз съехидничала: «Молодых людей, не принятых в этом году в Политехническую школу, можно утешить тем, что великого инженера, одного из отцов аэродинамики, Густава Эйфеля постигла в свое время та же неудача».

Но Александр Густав не стал делать трагедии из этой неудачи, и в том же году поступил в менее престижную, но вполне солидную Парижскую центральную школу искусств и ремесел. И в 1855 году закончил ее с дипломом инженера-химика. Говорят, что сначала его взял к себе на работу дядюшка-винодел, но семья была против. И молодой инженер поступил к Шарлю Неве, чья конструкторская компания занималась разработкой железнодорожных мостов.

Соединяющий берега

Как раз тогда во Франции начался период активного строительства сети железных дорог. Шарль Неве для начала назначил Эйфеля одним из многих менеджеров проекта по строительству железнодорожного моста. Как-то так получилось, что в процессе работы остальные инженеры выбыли из дела, и Александр Густав стал фактически стержнем всего проекта. Он действительно был талантливым конструктором — вскоре из простого служащего стал ведущим инженером и компаньоном фирмы, а всего через два года после окончания Школы был избран членом авторитетного Общества гражданских инженеров Франции. К слову, к концу своей длинной и насыщенной жизни Александр Густав стал почетным председателем этого общества.

Эйфель, башня и не только

В инженерных кругах он стал известен в 25 лет, потому что применил мало известный тогда метод пневматической установки оснований при строительстве железнодорожного моста в Бордо. И это был его первый проект! В процессе строительства были применены многие оригинальные решения. Но об инженерных новшествах Эйфеля лучше читать в специализированных изданиях. Достаточно сказать, что он одним из первых осознал преимущества железа как материала более ковкого и прочного, чем применявшийся до того чугун, и большое будущее металлических решетчатых конструкций вместо традиционных сплошных сооружений. В деле строительства разводных металлических мостов он тоже был пионером. И что еще важно, Эйфель своими конструкциями заложил основы новой эстетики конструктивизма. Впрочем, об этом стали говорить позже. А пока, в 1860 году — всего через пять лет после окончания учебы — Эйфель открыл собственную фирму, это был завод металлоконструкций в Леваллуа-Перре близ Парижа. И много строил.

Статуя Свободы и Панамский скандал

Широко известным Эйфель стал в 1867 году, когда рассчитал конструкции покрытия Галереи машин. В 1876 году вместе с архитектором Л.-О. Буало знаменитый инженер создал новый тип торгового здания из стекла и металла — универсальный магазин «О бон Марше» в Париже. Он заставил «плавать» стотонный купол обсерватории в Ницце, причем конструкция столь хороша, что для передвижения махины достаточно усилий всего одного человека.

Эйфель, башня и не только

Эйфель приложил руку к созданию чуть ли не всех крупных сооружений второй половины XIX века, причем не только во Франции. Он много строил в Португалии, и одно из его творений в этой стране — мост через реку Доро — включен в справочники и энциклопедии. У реки Доро в Северной Португалии — течение сильное и меняющееся, да и глубина солидная, от тринадцати до восемнадцати метров. Грунт на дне реки мягкий и размывающийся, то есть сваи применить нельзя. В общем, задача была сложнейшей. Эйфель эти проблемы решил одним махом, то есть одним пролетом моста длиной около 160 метров. В то время это был самый большой пролет моста в мире, если не считать висячих мостов. Но самым смелым проектом Эйфеля в области мостостроения остается виадук Гарабит, созданный им в 1880-1884 годах в родной Франции. Общая длина сооружения — почти 500 метров, одна из арок пролетом перекрывает ущелье в 165 метров, по которому течет река Тюйер. Именно во время работы над этим проектом Эйфель и работавшие с ним инженеры научились преодолевать трудности точного монтажа объемных элементов. Потом, когда пришла пора строительства Эйфелевой башни, благодаря этому опыту удалось обеспечить совпадение заклепочных отверстий сборных элементов с точностью до десятых долей миллиметра!

Но башня будет позже. А пока Эйфель активно строит в Египте, Перу, Чили, Боливии, Румынии, Испании, Венгрии, на Филиппинах, принимает участие в конкурсе на постройку Троицкого моста в Санкт-Петербурге. Он строит виадуки и мосты, среди его работ — заводы, вокзалы, банки, школы, театр, католическая церковь, синагога и казино.

В 1876 году, к столетнему юбилею Декларации независимости, Франция решила подарить США статую Свободы. Правда, французы закончили сооружение своего грандиозного подарка только в июле 1884-го, а торжественное открытие состоялось и вовсе в октябре 1886 года, то есть на 10 лет позже. Но неважно — Франция подарила Соединенным Штатам ее «визитную карточку», активное участие в создании которой принял Эйфель, чуть позже сотворивший «визитку» Франции.

Статую Свободы создавал французский скульптор Фредерик Огюст Бартольди. И когда ему потребовалась помощь инженера для решения конструктивных вопросов — фигурка-то у Свободы гигантская — он обратился к Эйфелю. И Александр Густав спроектировал массивную железную опору и промежуточный каркас, который позволяет медной оболочке статуи свободно двигаться, сохраняя при этом вертикальное положение. А для детальной разработки Эйфель передал проект своему помощнику, опытному инженеру по строительным конструкциям, швейцарцу Морису Кёхлину.

Эйфель, башня и не только

Нервотрепкой обернулось для Эйфеля участие в строительстве Панамского канала. Эйфель был инженером Панамского общества, спроектировал и руководил работами по устройству шлюзов канала и поставлял на стройку машины, которые производились на его заводе в Леваллуа-Перре. Но грянул скандал, задевший и Эйфеля, — его обвинили в получении от Панамского общества 19 миллионов франков за фиктивные работы. Хотя, как утверждают некоторые источники, отношения к этому он не имел. Но в 1893 году Эйфеля вместе с другими причастными к делу лицами отдали под суд. Его приговорили к двум годам тюрьмы и 20 000 франков штрафа, но кассационный суд отменил приговор, ибо истек срок уголовной давности.

Латвийский след

Был в богатой строительной биографии Эйфеля и латвийский след. Точнее — лиепайский. В конце XIX века Александр III решил построить Военный городок, позже названный портом Александра III. Тогда и был построен мост между городом и Каростой. Проектирование моста было начато в 1903 году Санкт-Петербургской компанией фабрик металлических изделий. А эскиз для этого моста сделал Эйфель. Мост уникальный — две разводные фермы поворачиваются на 90 градусов каждая в свою сторону, развод моста можно осуществить с помощью лебедки или электромотора. Причем полное разведение многотонных ферм проходит за 4-5 минут. Длина моста — 127 метров от берега до берега, а в его конструкции использованы уникальные клепки. Современнейший по тем временам метод американцы опробовали на каркасах первых небоскребов — при заклепывании использовались тщательно отмеренные порции динамита. Нагревание, взрывчик — и все отклепано точно и ровно.

Мост был освящен 19 августа 1906 года. Но буквально за месяц до столетия, накануне закрытия на капитальный ремонт и реставрацию, его таранил танкер «Анна», ходящий под грузинским флагом. Северная часть моста была разрушена полностью. Сейчас мост восстановлен.

«Невидаль» для выставки

Когда французские политики решили провести Всемирную промышленную выставку в Париже в честь столетия Великой французской революции, то премьер Фрейсин поставил перед организаторами такую задачу: «Нужна идея, великая идея, нечто сенсационное, чрезвычайно заманчивое, "невидаль"». Идея башни была высказана в качестве варианта первым комиссаром выставки Эдуардом Лакруа.

Вообще-то идея создания высоченной башни была уже давно. Так, в 1833 году англичанин Тревитик предложил проект чугунной башни в 1000 футов высотой. Но спустя месяц автор этой идеи внезапно умер, и проект так и не стал реальностью. Соперничество англичан и французов широко известно, и не удивительно, что весной 1884 года Эйфель обсуждал со своими сотрудниками идею такой башни. Вскоре Морис Кёхлин сделал наброски, архитектор Совестр внес поправки, а Эйфель создал окончательный эскиз, который и лег в основу будущего проекта. И в 1885 году Эйфель выступил в Обществе гражданских инженеров с докладом о проекте гипотетической пока башни, которую назвал «произведением искусства современного инженера и века науки и техники».

К моменту объявления конкурса на проект Всемирной промышленной выставки 1889 года Эйфель был в зените славы, его называли «инженером Вселенной». А конкурс на проект к выставке длился недолго. Ни в одном из 700 предоставленных проектов не было ни «великой идеи», ни «невидали». Тут газета «Энтрансижан» вспомнила о проекте Эйфеля, с ним ознакомилось жюри конкурса и — Эйфелю был сделан официальный заказ. Эйфель с энтузиазмом воскликнул: «Франция будет единственной страной, располагающей 300-метровым флагштоком!»

К слову, устроители парижских выставок уже пользовались услугами Эйфеля. В 1867 он опытным путем проверил расчеты главных зданий, спустя 11 лет спроектировал главный фасад выставки с потрясающими стеклянными стенами огромного вестибюля.

Вскоре после решения о строительстве башни многие журналы опубликовали гравюры с проекта — страшные, как смертный грех. И в феврале 1887-го генеральный комиссар выставки Альфан получил знаменитое письмо, подписанное 300 крупными деятелями французской культуры (не просто так их было 300 — по одному на каждый метр башни). Среди «подписантов» были Мопассан, Дюма-сын, Леконт де Лилль, Верлен, Гуно и другие. «Мы, писатели, художники, скульпторы, архитекторы, страстные любители до сих пор еще нетронутой красоты Парижа, протестуем всеми силами нашей возмущенной души, во имя оскорбленного французского вкуса, во имя находящихся под угрозой французского искусства и истории. …Неужели Париж... подчинится побуждаемой корыстными мотивами фантазии конструктора машин? ...достаточно представить себе хотя бы на мгновение в высшей степени нелепую башню, похожую на гигантскую черную фабричную дымовую трубу, которая давит своей варварской массой... На протяжении 20 лет мы будем вынуждены смотреть на отвратительную тень ненавистной колонны из железа и винтов, простирающейся над городом, как чернильная клякса».

Письмо передали министру торговли Лакруа, экс-комиссару выставки. Он вернул его Альфану с припиской: «Я прошу вас принять протест и сохранить письмо. Оно должно фигурировать на витринах выставки. Столь прекрасная и благородная проза, подписанная именами, известными всему миру, непременно привлечет публику и, может быть, удивит ее». Забавно, что позже Мопассан постоянно обедал в ресторане Эйфелевой башни. Свое нелогичное поведение он объяснял тем, что «это единственное место в Париже, откуда не видно чудовища».

Страсти вокруг башни

«Железную леди» Парижа возвели быстро даже по нынешним меркам — с закладки фундамента и до торжественного открытия прошло меньше двух лет. Талант Эйфеля как инженера и организатора сработал и тут. Ни одно отверстие для миллиона с лишним заклепок не было просверлено заново, ни одна из 18 тысяч балок не потребовала замены, 15 тысяч листов железа и разнофигурных деталей вовремя изготовлялись на заводе в Леваллуа-Перре и доставлялись на Марсово поле. Высота башни — 312 м, самое высокое строение в мире на тот момент (а с нынешними антеннами — 321 м), сторона квадрата основания — 123 м, вес 10 100 тонн. На третьем ярусе, на высоте 276 м, соорудили террасу с «коттеджем» на 4 зала, одно из помещений Эйфель оборудовал под свою квартиру, три других отвел для будущих научных исследований. Стоила башня 7,8 млн франков. Для сравнения — когда Эйфель поступил к Шарлю Неве, его месячное жалованье составляло 125 франков.

После открытия башни к Эйфелю косяком потянулись англичане, желавшие пожать великому инженеру руку — по несколько тысяч в день! Эйфель отказался участвовать в этом аттракционе — мол, они интересуются им как «заморским чучелом». И что было делать гидам, к которым приставали жители Туманного Альбиона?! Вот они и придумали своего «Эйфеля» — нашли какого-то бретонца, внешне слегка похожего на Эйфеля, и поставили дело на поток. Вели страждущих британцев в ресторан, где якобы инженер обедал, «фальшивка» выбегала на церемонию рукопожатия, деньги за «представление» и «рекомендацию» делили. Но через пару недель некий манчестерский фабрикант подарил «Эйфелю» золотую с бриллиантами табакерку. Гиды потребовали доли, бретонец делиться не захотел и сбежал. Дело закончилось полицейским розыском. Другой скандал случился в 1925 году — мошенник Виктор Люстиг умудрился дважды «продать» башню на металлолом.

Странен вот какой факт — к моменту возведения башни Эйфелю было всего 56 лет — расцвет сил! Умер он в 91 год (в окружении двадцати пяти детей и внуков!). Но после башни строить перестал, с не меньшим азартом и успехом занявшись исследовательской работой. Может, решил поставить в своей инженерной карьере такую эффектную точку?

Сначала башню собирались демонтировать через 20 лет после постройки. Но сооружение имело потрясающий успех, за полгода выставки полюбоваться на «королеву Парижа», как назвал ее Жан Кокто, пришли больше двух миллионов человек. И к концу года затраты на строительство были возмещены на три четверти. А когда в 1903 году генерал Феррье, пионер в области беспроволочного телеграфа, применил башню для своих экспериментов, то «мадам Париж» сначала оставили для военных целей. С 1910 года она обеспечивает службу международного времени. В 1918 году прошла первая радиопередача прямо с Эйфелевой башни. Сегодня она служит и телебашней, используют ее и компании сотовой связи.

Во время немецкой оккупации французы повредили привод лифта накануне приезда Гитлера. Из-за войны восстановить его было невозможно. Говорили, что Гитлер завоевал Францию, но не завоевал Эйфелеву башню. В 1944-м Гитлер приказал взорвать «королеву Парижа», но военный губернатор фон Колтиц не подчинился. А через несколько часов после освобождения Парижа привод лифта вновь заработал…

А в первых числах июня 2008 года 37-летняя бывшая военнослужащая из Сан-Франциско вышла замуж за Эйфелеву башню. И теперь зовется Эрика Ла Тур Эйфель. Эрика поклялась башне в любви, верности и преданности. Что сказала в ответ башня — неизвестно. Но, скорей всего, ей плевать на человеческие глупости с высоты всех ее трехсот с лишним метров!

Обнаружив ошибку в тексте, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter